De Martino Journal
О человеке в настоящем времени
форум креативных индустрий
Креатив как экономика: романтика закончилась?
Снег, цифры и ощущение перелома
Метель, плотный график «Недели российского бизнеса», вечерний зал — и ни одного пустого ряда. Форум креативных индустрий проходит уже в пятнадцатый раз, но в этом году ощущение другое: разговор звучит не как поддержка модной темы, а как попытка понять — выдержит ли конструкция креативной экономики следующий виток.
В зале кивают, когда звучат цифры. Они уже не воодушевляют — они фиксируют состояние.
Форум в цифрах
— Более 90% участников отрасли ожидают роста креативной экономики.
— Почти половина — темпов выше общеотраслевых.
— 94% компаний уже используют искусственный интеллект — от прототипирования до бухгалтерии и юридических задач.
— 27% выручки креативных индустрий формируется через цифровые платформы.
— 30% компаний говорят о трудностях с кредитованием.
С первых минут становится понятно: речь не о красивом термине, а о механике — что внутри этой экономики работает, а что пока только декларируется.
— Более 90% участников отрасли ожидают роста креативной экономики.
— Почти половина — темпов выше общеотраслевых.
— 94% компаний уже используют искусственный интеллект — от прототипирования до бухгалтерии и юридических задач.
— 27% выручки креативных индустрий формируется через цифровые платформы.
— 30% компаний говорят о трудностях с кредитованием.
С первых минут становится понятно: речь не о красивом термине, а о механике — что внутри этой экономики работает, а что пока только декларируется.
Интеллектуальная собственность как фундамент
Ключевая мысль форума звучит просто: креативная экономика — это экономика интеллектуальной собственности.
Не только кино и музыка.
Наука, технологии, инновации — такие же поставщики нематериальных активов.
Проблема в том, что этот актив:
— плохо учитывается;
— сложно оценивается;
— не всегда корректно вписывается в существующие правовые категории.
«Интеллектуальная собственность — это актив. Но он должен быть зафиксирован и оборачиваем».
Пока ИС не становится полноценным финансовым инструментом — инвестиции в отрасль остаются фрагментарными. А без инвестиций креативная экономика остаётся идеей.
Ключевая мысль форума звучит просто: креативная экономика — это экономика интеллектуальной собственности.
Не только кино и музыка.
Наука, технологии, инновации — такие же поставщики нематериальных активов.
Проблема в том, что этот актив:
— плохо учитывается;
— сложно оценивается;
— не всегда корректно вписывается в существующие правовые категории.
«Интеллектуальная собственность — это актив. Но он должен быть зафиксирован и оборачиваем».
Пока ИС не становится полноценным финансовым инструментом — инвестиции в отрасль остаются фрагментарными. А без инвестиций креативная экономика остаётся идеей.
Платформы: инфраструктура или новая архитектура рынка?
Если смотреть на сухие показатели, платформы уже стали несущей конструкцией отрасли.
47,5 млн подписчиков экосистемы одного из крупных игроков.
18,5 млн аудитории онлайн-кинотеатра.
33 млн пользователей музыкального сервиса.
27 млн проданных билетов за год.
120 млрд рублей выручки (+32% за год).
Маркетплейсы сообщают о 250 млрд рублей экспортной выручки российских производителей.
27 тысяч компаний используют «кабинет бренда» для защиты товарных знаков.
Платформа сегодня — это:
— масштаб для брендов из малых городов;
— быстрый тест спроса;
— логистика;
— защита прав.
Но вместе с инфраструктурой появляется напряжение.
Не унифицирует ли платформа бренд?
Не превращает ли креатора в поставщика карточек?
Не смещает ли фокус с идеи на алгоритм?
Если смотреть на сухие показатели, платформы уже стали несущей конструкцией отрасли.
47,5 млн подписчиков экосистемы одного из крупных игроков.
18,5 млн аудитории онлайн-кинотеатра.
33 млн пользователей музыкального сервиса.
27 млн проданных билетов за год.
120 млрд рублей выручки (+32% за год).
Маркетплейсы сообщают о 250 млрд рублей экспортной выручки российских производителей.
27 тысяч компаний используют «кабинет бренда» для защиты товарных знаков.
Платформа сегодня — это:
— масштаб для брендов из малых городов;
— быстрый тест спроса;
— логистика;
— защита прав.
Но вместе с инфраструктурой появляется напряжение.
Не унифицирует ли платформа бренд?
Не превращает ли креатора в поставщика карточек?
Не смещает ли фокус с идеи на алгоритм?
«Платформа даёт масштаб. Но бренд нужно защищать с первого дня».
Креативная экономика здесь сталкивается с реальным сектором — без романтики и без иллюзий.
Регионы: вторая серия
Текущий этап называют «вторым сезоном» развития.
Первый завершился принятием закона.
Второй — массовой регионализацией.
Но картина неоднородна. Где-то региональные законы буквально копируют федеральный текст. Где-то документ укладывается в одну страницу. А регионы-пионеры — Якутия, Ульяновск, ХМАО — продолжают работать без громких деклараций, но с устойчивыми результатами.
Главный тезис звучит чётко: если регион работает только с материальными показателями, он упускает суть. Креативная экономика — это экономика нематериальных активов.
Текущий этап называют «вторым сезоном» развития.
Первый завершился принятием закона.
Второй — массовой регионализацией.
Но картина неоднородна. Где-то региональные законы буквально копируют федеральный текст. Где-то документ укладывается в одну страницу. А регионы-пионеры — Якутия, Ульяновск, ХМАО — продолжают работать без громких деклараций, но с устойчивыми результатами.
Главный тезис звучит чётко: если регион работает только с материальными показателями, он упускает суть. Креативная экономика — это экономика нематериальных активов.
Самозанятые и гиг-экономика
В креативных индустриях занято около 1,3 млн человек.
600 тысяч — самозанятые.
С 2020 по 2025 год их число выросло в 10 раз.
Вопрос не в ставке налога.
Вопрос — в модели занятости.
Гиг-экономика — это:
— отсутствие одного работодателя;
— ГПХ вместо классического трудового договора;
— несколько проектов одновременно;
— высокая гибкость.
Попытка механически перевести эту модель в традиционные трудовые отношения может изменить саму структуру отрасли.
В креативных индустриях занято около 1,3 млн человек.
600 тысяч — самозанятые.
С 2020 по 2025 год их число выросло в 10 раз.
Вопрос не в ставке налога.
Вопрос — в модели занятости.
Гиг-экономика — это:
— отсутствие одного работодателя;
— ГПХ вместо классического трудового договора;
— несколько проектов одновременно;
— высокая гибкость.
Попытка механически перевести эту модель в традиционные трудовые отношения может изменить саму структуру отрасли.
«Отменять режим самозанятости — значит обрушить половину креативной экономики».
Креативная индустрия здесь напрямую пересекается с трудовым правом — и это уже не дискуссия о творчестве, а о правилах игры.
Коммуникации: 2 триллиона и проблема брендов
Коммуникационная отрасль — 2 трлн рублей, около 1% ВВП.
С 2022 по 2024 год зарегистрировано 77 тысяч новых товарных знаков.
Но бренд — это не регистрация.
Разница между товарным знаком и брендом — в капитализации, доверии, коммуникации.
При этом отсутствуют:
— отдельный ОКВЭД для компаний, создающих бренды;
— национальная система оценки стоимости брендов.
Без этого регистрация остаётся статистикой, а не активом.
Коммуникационная отрасль — 2 трлн рублей, около 1% ВВП.
С 2022 по 2024 год зарегистрировано 77 тысяч новых товарных знаков.
Но бренд — это не регистрация.
Разница между товарным знаком и брендом — в капитализации, доверии, коммуникации.
При этом отсутствуют:
— отдельный ОКВЭД для компаний, создающих бренды;
— национальная система оценки стоимости брендов.
Без этого регистрация остаётся статистикой, а не активом.
Дизайн и инженерия: баланс «цена–ценность»
Промышленный дизайн сегодня — это не «красиво», а «убедительно».
Он меняет ощущение сделки. Сдвигает баланс «цена–ценность». Добавляет продукту воспринимаемое качество.
Интересный сдвиг: предприятия всё чаще вовлекают дизайнеров как инженерных партнёров. Это уже не украшение, а совместная работа над продуктом.
Это признак взросления спроса.
Промышленный дизайн сегодня — это не «красиво», а «убедительно».
Он меняет ощущение сделки. Сдвигает баланс «цена–ценность». Добавляет продукту воспринимаемое качество.
Интересный сдвиг: предприятия всё чаще вовлекают дизайнеров как инженерных партнёров. Это уже не украшение, а совместная работа над продуктом.
Это признак взросления спроса.
Три интервью: три разных взгляда
Наталья Даниельян
Она говорит о налоговом давлении, дорогих кредитах и сокращении бюджетной поддержки.
— Что изменится в 2026 году?
— Масштабное внедрение ИИ и появление новых стартапов. Но малому бизнесу сейчас тяжело.
«Бизнесу придётся укрупняться или уходить».
— Главный вызов?
— Адаптация, оптимизация, коллаборации.
Для неё креативная экономика — это прежде всего вопрос выживания.
Наталья Даниельян
Она говорит о налоговом давлении, дорогих кредитах и сокращении бюджетной поддержки.
— Что изменится в 2026 году?
— Масштабное внедрение ИИ и появление новых стартапов. Но малому бизнесу сейчас тяжело.
«Бизнесу придётся укрупняться или уходить».
— Главный вызов?
— Адаптация, оптимизация, коллаборации.
Для неё креативная экономика — это прежде всего вопрос выживания.
Иван Боровиков
Его позиция звучит почти контрастно.
— Барьеры?
— Я не вижу серьёзных барьеров.
ИИ — не угроза, а партнёр.
«Это не война с ИИ, это коллаборация».
Для него турбулентность — естественная фаза роста.
Его позиция звучит почти контрастно.
— Барьеры?
— Я не вижу серьёзных барьеров.
ИИ — не угроза, а партнёр.
«Это не война с ИИ, это коллаборация».
Для него турбулентность — естественная фаза роста.
Елена Тимонина
Её ответ — третий ракурс.
— Главный барьер?
— В голове.
«Самый первый барьер — в голове».
Она говорит о региональной поддержке и личной инициативе. Не о налогах и не об алгоритмах — о внутреннем разрешении действовать.
Три позиции.
Три уровня проблемы: системный, рыночный и психологический.
Её ответ — третий ракурс.
— Главный барьер?
— В голове.
«Самый первый барьер — в голове».
Она говорит о региональной поддержке и личной инициативе. Не о налогах и не об алгоритмах — о внутреннем разрешении действовать.
Три позиции.
Три уровня проблемы: системный, рыночный и психологический.
Искусственный интеллект: фактор, о котором говорят слишком спокойно
Самый резкий тезис прозвучал ближе к финалу.
Мы обсуждаем сегодняшний рынок так, будто он стабилен.
Но ИИ уже меняет:
— производство контента;
— медиапотребление;
— платформенную архитектуру;
— поведение пользователей.
Мировые компании инвестируют миллиарды в платформы, где пользователь сможет легально создавать UGC-контент на основе защищённых IP.
Если этот тренд масштабируется, структура креативной экономики изменится быстрее, чем нормативная база успеет адаптироваться.
Самый резкий тезис прозвучал ближе к финалу.
Мы обсуждаем сегодняшний рынок так, будто он стабилен.
Но ИИ уже меняет:
— производство контента;
— медиапотребление;
— платформенную архитектуру;
— поведение пользователей.
Мировые компании инвестируют миллиарды в платформы, где пользователь сможет легально создавать UGC-контент на основе защищённых IP.
Если этот тренд масштабируется, структура креативной экономики изменится быстрее, чем нормативная база успеет адаптироваться.
«Это случилось уже вчера».
Итог: это уже не идеологема
Креативные индустрии сегодня — это:
— 1% ВВП только в коммуникациях;
— десятки миллионов пользователей платформ;
— сотни тысяч самозанятых;
— 77 тысяч новых товарных знаков;
— 250 млрд рублей экспортной выручки через платформы;
— 94% компаний, использующих ИИ.
Это не модное слово. Это реальный сектор. Вопрос не в том, вырастет ли он. Вопрос — успеет ли он структурироваться быстрее, чем технологии перепишут правила.
Креативная экономика больше не про романтику. Она про скорость. И скорость — её главный риск.
Креативные индустрии сегодня — это:
— 1% ВВП только в коммуникациях;
— десятки миллионов пользователей платформ;
— сотни тысяч самозанятых;
— 77 тысяч новых товарных знаков;
— 250 млрд рублей экспортной выручки через платформы;
— 94% компаний, использующих ИИ.
Это не модное слово. Это реальный сектор. Вопрос не в том, вырастет ли он. Вопрос — успеет ли он структурироваться быстрее, чем технологии перепишут правила.
Креативная экономика больше не про романтику. Она про скорость. И скорость — её главный риск.