Виолетта Бобкова: «Хватит быть сильной для всех»

Современный деловой мир привык измерять успех масштабом проектов, финансовыми метриками и способностью держать удар в любых обстоятельствах. Но за безупречными отчетами и статусными ролями часто скрывается колоссальное эмоциональное напряжение. Особенно когда речь идет о женщинах, совмещающих бизнес, семью и многоуровневую ответственность.

Виолетта Бобкова — мама четверых детей, предприниматель и гипнонейролог — знает об этой изнанке не понаслышке. Через ее личную историю прошли жесткие кризисы: раннее взросление, потеря близких, проверка на прочность в периоды одиночества и испытание, когда муж отправился на СВО. В этом разговоре для De Martino Journal мы говорим не про абстрактный успех, а про реальную анатомию женской силы, про умение вовремя признать усталость, про механизмы работы подсознания и про то, почему отказ от роли «железной леди» — это не слабость, а первый шаг к истинной жизнеспособности.

— Виолетта, какая Вы сегодня — и что сейчас занимает больше всего места в Ваших мыслях и жизни?

— Сейчас я очень вдохновлена своим делом. Тем, чем я занимаюсь. А именно работой с женщинами и их любовью к себе. Меня вдохновляет их новое состояние и их отзывы после работы с подсознанием. Вдохновляет то, как меняются жизни моих прекрасных клиенток в лучшую сторону. Это мотивирует меня на создание новых проектов, доступных для большинства женщин, чтобы как можно наибольшее количество людей могли эти изменения ощутить на себе.

— Если вернуться в детство, какой девочкой Вы были? Что из той Виолетты осталось в Вас до сих пор?

— Я была со скрытой закомплексованностью. Как говорят, лучшая защита — это нападение. Вот я и агрессировала по каждой мелочи, отстаивая себя. У меня было очень много комплексов: биологического отца я не знала, был только отчим. Он то нас всех четверых детей на ноги и поставил. Он был моей опорой, но к 13-ти годам моя опора ушла. Он заболел раком и умер у нас с мамой на руках. Еще я была высокая и худая, с длинным носом, как мне тогда казалось, и с кривыми зубами. Бывало, что я смотрела на себя в зеркало и била себя по лицу, говоря своему отражению в зеркале: «Я ненавижу тебя». Сейчас же все по-другому. Спасибо практикам и гипнозу. Все это давно в прошлом. Я научилась со временем любить себя безусловной любовью. Каждую складочку на своем теле. Я научилась отстаивать свои границы не агрессивно, а с улыбкой на лице.

О том, как принятие себя и своего тела становится точкой опоры для женщины, мы говорили с Ириной Кураж в колонке о выборе программы жизни после 48 лет.

— Каким Вы когда-то представляли своё взрослое будущее — семью, профессию, себя как женщину?

— Хах, ох уж эти мои представления о будущем! Я думала, что у меня будет максимум два ребенка. Я стану певицей и буду петь на сцене. Однажды мне сказали в детстве, что с кривыми зубами, как у меня, на сцену не берут. А с деньгами было часто тяжеловато. Я даже и мечтать тогда об этом не могла. Вот в тот-то момент и погасла моя мечта. Потом мечтала стать ветеринаром, чтобы спасать жизни животных. Но на бюджет не поступила, а маму кредит взять попросить постеснялась. Оно и к лучшему. Поступи я тогда на ветеринара, вряд ли стала бы сейчас гипнонейрологом.

— Как складывался Ваш путь до той деятельности, которой Вы занимаетесь сегодня? Какие повороты оказались для Вас определяющими?

— Уход мужа на СВО разделил мою жизнь на «до» и «после». Была сильнейшая трансформация в одиночку. Рядом были только дети. Младшей всего 6 месяцев от рождения. Я не просила помощи из принципа, чтобы меня вновь никто не обвинил в его уходе. Днем я пыталась из последних сил казаться сильной и независимой, а по ночам рыдала в подушку. И так почти полгода. Так я дошла до эмоционального дна. Такого, что мне хотелось закрыть глаза, уснуть и больше никогда не проснуться. В одно утро я поняла, что жить так больше не могу и не хочу. Так я запустила свой первый женский закрытый авторский ретрит. Потом второй. Параллельно училась на гипнолога и повышала квалификацию в эзотерике. Бывало, что училась на трех курсах одновременно. Днем была мамой, а ночью училась и работала с клиентами онлайн. Тогда были еще только эзотерические услуги. Потом запустила новый проект — гипновстречи для женщин, на которых по сей день прокачиваю любовь к себе. У меня большой опыт за плечами с самого детства, и я хочу быть рядом в тяжелые жизненные моменты с каждой женщиной, что находится рядом со мной или в моем поле.

— Был ли в Вашей жизни период, после которого Вы стали совершенно иначе относиться к себе, своим желаниям и выбору?

— Конечно, периодически бывают [кризисы]. И это нормально. Каждый раз, когда происходят недопонимания с мужем. Вот тогда весь фокус внимания переношу на свое внутреннее состояние. Все мы люди. Бывает, что и мой ресурс заканчивается, но тут же его пополняю.

— Сегодня Вы много говорите о женщинах, которые устали быть сильными. А Вам самой знакомо состояние, когда приходится слишком долго всё держать на себе?

— Знакомо до боли. Но и эту боль я уже проработала в гипнозе. Теперь все иначе. Сейчас я все делаю из любви к себе и из любви к своему внутреннему состоянию. Вроде и задачи особо не поменялись, а вот отношение к ним — да. А раньше как было? Все сама решу, сама со всем справлюсь. Не так давно я наконец-то научилась просить о помощи. Это ведь один из семи главных показателей любви к себе. Как видите, я не только меняю состояние женщин. В первую очередь я работаю над собой, а уж потом с другими. Ведь люди чувствуют искренность в словах в первую очередь, и мне важно их доверие для продуктивной проработки их запросов.

— Что вообще значит для Вас «сильная женщина» сегодня? Изменилось ли это понимание с возрастом и жизненным опытом?

— Однозначно изменилось. Только не с возрастом, а с опытом. Ведь мне пришлось рано повзрослеть. Раньше я считала, что «сильная женщина» — та, которая все тащит на себе. Та, которая зарабатывает много и обеспечивает семью. Да и любой вопрос решает сама. Сейчас все иначе. Женская сила не потеряется, если она попросит о помощи. Если будет совершенствоваться. Если с улыбкой будет относиться к сюрпризам жизни и меньше стрессовать. Если снимет маску «железной леди» и станет собой. На своем клиентском опыте могу сказать, что за этими масками скрывается слишком много боли, которая хранится в подсознании десятками лет, а потом начинает болеть физическое тело.

— Вы жена и мама четверых детей. Что материнство открыло в Вас такого, чего Вы раньше о себе не знали?

— Материнство как раз привело меня в ту точку, где я нахожусь сейчас. Ушла злость на весь мир из-за неудач. Пришла безусловная любовь. Ушло состояние жертвы, которая страдает. Пришло принятие. Я научилась понимать и принимать людей такими, какие они есть. Я уволилась с нелюбимой работы, на которую ходила ради денег. Сейчас же моя работа — в удовольствие. Это и работой-то назвать сложно. Каждый день как праздник. Моя мечта сбылась благодаря детям. Вообще я никогда даже не представляла, что у меня будет четверо детей. Только благодаря детям я всегда нахожусь в саморазвитии. Я не хотела бы, чтобы мои дети проживали такое детство, какое было у меня. Наверное, еще и поэтому продолжаю идти вперед.

— Ваш муж сейчас находится на СВО. Как этот период повлиял на Вас внутренне — на ощущение семьи, близости, ответственности и собственной опоры?

— Моя внутренняя опора сначала исчезла. А со временем окрепла. Я понимаю, что муж за 3,5 тысячи километров и в моменте он сильно-то ничем мне не поможет. Семья стала крепче. Отношение друг к другу поменялось. Мы начали ценить друг друга больше, чем когда-либо. Как будто стали единым целым. Хочется каждую секунду проводить друг с другом, пока он в отпуске. Конечно, бывают ссоры, как и у всех. Но осознание ценности друг друга приходит намного быстрее. Муж начал слышать меня и к моим желаниям относиться по-другому. А я осознала, насколько у нас сильные чувства друг к другу.

— Что помогает Вам сохранять себя в периоды, когда одновременно нужно быть мамой, женой, работать и развивать собственное дело?

— Отзывы моих клиентов. То, как они делятся в первую очередь со мной о своих изменениях. О том, как сохранилась еще одна семья и отношения вышли на другой уровень. О том, как женщины исполняют свои мечты. В такие моменты я понимаю, что все было сделано не зря. Ведь моя миссия — помогать женщинам менять жизни в лучшую сторону. Когда я читаю такие отзывы о моей работе — плачу и расплываюсь в улыбке. И, конечно же, это дает мне ресурс и прилив энергии. Еще мой ресурс в горах. Поэтому я примерно раз в 3 месяца уезжаю в горы или к морю для пополнения собственного ресурса.

— В какой момент работа с внутренним состоянием человека стала для Вас профессией и почему основным инструментом Вы выбрали именно гипноз? Где и как Вы этому обучались?

— В 30 лет меня накрыли поиски себя. Мечтала постоять на гвоздях, но смелости не хватало. Кстати, в этом-то возрасте и началась моя личностная трансформация. В итоге я отучилась на проводника на досках Садху. Потом отучилась на таролога и лишилась почти всего окружения. Тогда меня хейтили со всех сторон. Оно и понятно: жила в селе, где все и всё друг о друге знают. Потом углубилась в эзотерику. В шаманизм. Было чувство, что мне чего-то не хватает, чтобы в моменте максимально помочь своим клиентам. Потом год мечтала отучиться на гипноз. Но боялась, что не окупится вложение и будет не востребован. Это было моё самое дорогое обучение за курс, купленное на кредитную карту. Боже мой… Как же я ошибалась. Я влюбилась в гипноз с первого погружения и каждый день благодарю своего наставника на этом пути — Ольгу Федорову. Она невероятная, как вторая мама. Сначала я училась онлайн. После обучения активно практиковала. Потом пошла учиться на ко-тренера по гипнозу по системе гипнонейринга и снова к Олечке. Во время обучения на ко-тренера прошла еще раз то же самое обучение по гипнозу и гипнонейрингу, но уже офлайн в Екатеринбурге.

— С какими состояниями и жизненными запросами женщины чаще всего приходят к Вам и как в таких случаях строится работа с гипнозом?

— Женщины приходят в достаточно подавленном состоянии. Внешне они это не показывают, конечно. Но внутри бушует ураган эмоций. Много болевых точек, которые идут из детства. Обращаются ко мне с разными запросами, например: фобии, панические атаки, аллергия, лишний вес, отношения и т.д. Но самый частый запрос — нелюбовь к себе, ненависть за поступки в прошлом. Были женщины, которые на себя смотреть не могли в зеркало, ненавидели свое тело. Прикосновение к телу вызывало отвращение. Внешне они выглядят очень хорошо, ухаживают за собой, а внутри такое состояние. Моя работа в гипнозе выстраивается по системе гипнонейринга. В одном трансе убираем страхи, негативные эмоции и состояния, негативные установки.

Прямые внушения тоже есть. Их я даю в гипнозе под запрос клиента. На выходе мои дорогие клиенты наполненные и в новых позитивных состояниях. А самое дорогое для меня — их слова и их изменения.

О том, как зеркальная тревожность и постоянное "сканирование" лица мешают нам жить, Дарья Хотулева писала в статье о синдроме летнего отражения.

— Вы работаете индивидуально и проводите групповые трансы онлайн и офлайн. В чём для Вас разница между этими форматами и кому какой может подойти?

— Разницы нет абсолютно никакой. В онлайне есть технические моменты, которые необходимо предусмотреть, но клиентам я все объясняю заранее, перед погружением. На случай прерывания связи даю предустановку, после которой клиент чувствует себя спокойнее и знает, что ему делать в этой ситуации. Если сравнивать индивидуальную работу и групповую, то, конечно, и тут есть свои нюансы. В групповом погружении глубина не такая большая, как в индивидуальном трансе. На групповые трансы идут те, кто хочет попробовать на себе гипноз и прочувствовать атмосферу моего мероприятия. Заводят новые знакомства, обмениваются контактами. Своего рода это нетворкинг с проработкой болевых точек в подсознании, разговоры по душам за вкусным чаем. Если брать индивидуальный транс, то тут идет точечная работа с каждой болевой точкой клиента. Я контролирую каждую секунду, что человек проводит в трансе, и вычищаю полностью из подсознания. Глубина тут высокая, необходимая для работы со многими техниками для максимально продуктивной работы. Бывает, что люди боятся группового транса по одной причине — сказать что-то не то в трансе при большом количестве людей. Но это невозможно. Ведь диалог с клиентом идет только в индивидуальной работе. Часто после группового транса клиенты идут в индивидуальную работу, получив позитивный опыт.

— Ваша профессиональная тема тесно связана с принятием себя, любовью к себе и возвращением к собственным желаниям. А что лично для Вас означает «выбирать себя» в реальной жизни?

— Да. Ведь это и есть ядро личности. Это внутренняя опора женщины. Я готова часами говорить о любви к себе не потому, что я сама прошла этот путь. Путь от отвращения к отражению в зеркале к безусловной любви к себе. В реальной жизни любовь к себе — не только про то, чтобы делать себе приятное. Это ещё и про то, чтобы перестать делать себе больно. Не соглашаться на отношения, где тебя обесценивают. Не говорить «мне всё равно», когда тебе больно. Не сравнивать себя с другими. Не заставлять себя быть сильной, когда хочется остановиться. Не предавать свои желания ради чужого удобства. А самое сложное — любить себя не только тогда, когда ты собой довольна. А когда ошиблась. Не справилась. Устала. Не идеальна. Настоящая любовь к себе — не вечная уверенность в себе. Это решение не становиться своим врагом.

— Как Вы сегодня отделяете Виолетту-женщину от Виолетты-специалиста? Получается ли оставлять работу и чужие истории за пределами своей семьи?

— Этому мне пришлось тоже научиться. Часто всплывают такие истории из детства, что хочется рыдать. Например, насилие физическое, смерть человека на глазах клиента, взаимоотношения с родителями и т.д. Но я не могу сидеть и плакать вместе с клиентом. Представьте: хирург делает операцию, от которой зависит будущая жизнь пациента, а он рыдает во время операции над ним? Вот и у меня такая же история.

В нашей семье есть золотое правило: работа остается за пределами после окончания рабочего дня. О клиентах я не разговариваю ни с кем. Думаю, сами понимаете по какой причине.

— Сейчас Вы развиваете личный бренд и собственную практику. Какой Вы хотите видеть эту профессиональную историю через несколько лет — что хотите создать вокруг себя и своей работы?

— Я мечтаю создать максимально поддерживающее женское пространство. Где любая может быть любой. Где каждая женщина будет чувствовать себя «среди своих». Где будут общие путешествия. Где можно делиться тем, что на душе, зная, что никто тебя за это не осудит, а поддержит. Мне хочется обнять каждую женщину, которая в этом нуждается, и подарить ей свою поддержку и тепло. Ведь когда я была в этом состоянии, рядом не было никого, кроме мужа и детей.

— И что Вы хотели бы сказать женщине, которая читает это интервью и чувствует, что уже слишком долго была сильной для всех, кроме самой себя?

— Милая, помни, что всё это временно. Всё проходит — и этот период тоже обязательно пройдёт. Если тебе не с кем поделиться своей болью, напиши мне. Я с удовольствием выслушаю тебя, поддержу и буду рядом. Ведь иногда человеку нужно совсем немного — просто чтобы его выслушали.

Этот разговор с Виолеттой — редкий пример того, как глубокий личный кризис и проработка собственных травм могут трансформироваться в сильную экспертную практику. За статусными проектами, материнством четырех детей и глубокой работой с подсознанием стоит живая, чувствующая женщина, которая на личном опыте прошла через испытания, способные сломить кого угодно. Но вместо того, чтобы сдаться, она выстроила внутренний фундамент, ставший опорой и для нее самой, и для сотен ее клиенток. De Martino Journal убежден: истинная сила современного человека измеряется не жесткостью брони и привычкой тащить всё на себе, а способностью вовремя остановиться, признать уязвимость и выбрать себя.

Главный редактор — Анастасия Новикова