Геннадий Гончаров: «Изменения не происходят вместо человека»

Разговор о гипнозе, ответственности, внутренней готовности и том, почему быстрые решения почти никогда не бывают настоящими.

Геннадий Гончаров много лет работает с гипнозом, самогипнозом и состояниями человека. Его профессиональный путь связан со сценой, обучением, практикой работы с вниманием и наблюдением за тем, как человек ведёт себя в момент внутреннего напряжения, выбора или сопротивления.

В этом интервью мы сознательно не уходим в разговор о гипнозе как о зрелище или эффекте. Нас интересует другое: почему человек ждёт быстрых изменений, где проходит граница между помощью и влиянием, что зависит от специалиста, а что невозможно сделать вместо самого человека.

Герой говорит языком своей профессии: в его речи появляются слова «вера», «энергия», «чудо», «состояние». Но если убрать внешний слой, в центре разговора остаются очень земные вещи: труд, воля, дисциплина, внутренняя собранность и готовность не перекладывать свою жизнь на чужие руки.

Редакционное уточнение: этот материал не является медицинской или психологической рекомендацией. Для De Martino Journal это разговор с практиком о человеческом состоянии, ответственности и личной готовности к изменениям.

— Геннадий, в каком внутреннем состоянии вы сейчас находитесь — если описать не ролью, а ощущением?

— В состоянии равновесия, собранности, сосредоточенности.
И какой-то покой в душе тоже присутствует.

— Что в вашей жизни сегодня требует наибольшего внимания — не как специалиста, а как человека?

— Я даже специально об этом не задумывался. Но, возможно, здоровье.

Я стараюсь работать на опережение: не ждать, когда возникнут проблемы, а предотвращать, предусматривать, предугадывать. Сейчас моё внимание во многом направлено именно на это.

— Вы работаете с состоянием человека. В какой момент это стало для вас не интересом, а делом, за которое вы берёте ответственность?

— Я всегда был эстрадным гипнотизёром, выступал на сцене: во Дворцах культуры, в больших залах, в цирках. А это всегда ответственность перед людьми.

Это живые, реальные люди, с которыми ты взаимодействуешь. Они тебе где-то доверяют или, во всяком случае, проверяют тебя. Поэтому повышенная ответственность у меня была всегда.

Важно было не обидеть человека, не сделать ему плохо. Сохранять тактичность. Ведь были сеансы, где можно было подшутить над человеком, но при этом нельзя перейти грань, нельзя его задеть. Вот это постепенно впиталось.

— Был ли опыт, который заставил вас пересмотреть своё понимание человека и его возможностей?

— Такой опыт был постоянно. Чем больше работаешь с людьми, тем больше понимаешь, что человек устроен сложнее, чем кажется.

Особенно меня всегда удивляли творческие люди. Иногда в состоянии гипноза у человека проявляются неожиданные способности, память, интонации, навыки, которые в обычном состоянии он будто не использует.

Однажды на сцене мальчик, который почти не учился в школе, запел на английском языке. Для меня это был один из тех случаев, когда понимаешь: возможности человеческого состояния изучены далеко не полностью.

Были и другие случаи, не менее интересные. Они не укладывались в привычные представления и каждый раз расширяли моё понимание человека.

— По каким признакам вы понимаете, что изменения у человека настоящие, а не временное состояние?

— Иногда это видно по устойчивости результата.

У меня был личный опыт. Я занимался йогой и повредил колено — был разрыв связок. Потом оно быстро зажило, и я продолжил занятия, хотя учитель говорил: «Не надо, надо полгода подождать». Но мы были молодыми, хотелось сесть в позу лотоса.

Я снова начал заниматься и получил повторную травму на том же месте. Обычно такие повреждения, особенно связок колена, считаются очень долгими.

И вот однажды мне снится сон: во сне я как будто работаю с этим местом руками. Проснулся — боль ушла. Я не утверждаю, что это универсальный метод или доказательство чего-либо. Для меня это был личный опыт того, как в человеке могут включаться внутренние ресурсы.

После этого я поехал в Крым, в горы, ходил по 15 километров, был в Храме Солнца. Нагрузки были серьёзные: подъёмы, спуски. И боли не было. Сейчас я даже точно не могу вспомнить, какое колено у меня тогда болело.

Такие случаи происходят не часто, но иногда у человека действительно проявляется ресурс, о котором он сам не подозревал.

— Как вы объясняете тот момент, когда человек понимает: дальше жить, как раньше, уже нельзя?

— Я был на грани таких событий, но всё-таки у меня самого их не было. Можно сказать, мне повезло: меня спасало моё дело и моя мечта. То, чем ты занимаешься всю жизнь.

Для меня это было развитием, осознанием, пониманием. Но не было такого, что я переступил какую-то черту и понял: я делаю что-то не то.
Мне в этом смысле повезло.

— Где, на ваш взгляд, проходит граница между помощью человеку и влиянием на него?

— Очень интересный и хороший вопрос.

Очень часто у меня была возможность людям помочь, но они мне не верили. Зато верили тем, кто обещал много, быстро, легко и сразу.

А я предлагал другое: надо поработать над собой, освоить техники, наработать практику самогипноза, определённую внутреннюю дисциплину. На это уходит время, усилия, сосредоточение.

Но люди часто гонятся за лёгкими достижениями. В результате — разочарование, потерянное время. Потом они приходили ко мне, а бывало, что уже было поздно.

Если ещё было не поздно, они с удвоенной энергией тратили гораздо больше сил. Я говорил: «Нужно два месяца». Они занимались шесть, но получали результат.

Очень жаль, что люди часто идут за быстрым чудом. А за чудом всё равно стоят труд, сосредоточение, знания, опыт, умения и вера. Особенно вера. Настоящая вера творит настоящие чудеса.

— Почему человеку часто проще отдать контроль кому-то внешнему, чем остаться в ответственности за себя?

— В человеке часто живёт ожидание, что кто-то придёт и решит всё за него. Это касается не только гипноза — это вообще человеческая склонность. Хочется быстрого результата без внутренней работы.

Ко мне иногда обращаются с очень странными запросами: например, просят настроить на удачу, на выигрыш, на успех без усилий. Но я всегда вижу разницу между человеком, который готов действовать, и человеком, который хочет переложить ответственность.

Если у человека уже есть сильная внутренняя направленность, его можно поддержать, усилить, помочь ему собраться. Но если он сам ничего не делает и ждёт, что специалист всё сделает за него, результата не будет.

Для меня это главный принцип: помощь возможна там, где человек сам участвует в процессе.

О том, почему рост невозможен без внутренней работы и личной ответственности, мы говорили в интервью о масштабе личности.

— Кто в итоге несёт ответственность за результат — специалист или сам человек?

— Усилить, подтолкнуть, поддержать легче того, кто сам очень настроен на результат.

Человека, который заточен на конкретный результат, у которого «стальной взгляд», который действует, — его легче усилить.

Но если человек внутренне слаб, если он не готов действовать, а ему говорят: «Ты должен заниматься боевыми искусствами», — помогай не помогай, усиливай не усиливай, мало что будет.

Должна быть предрасположенность. Тогда можно поддержать, помочь, подтолкнуть, усилить. Это видно по человеку, по обстановке.

Поэтому ответственность, как и удача, делится. Но и неудача тоже имеет свой механизм, свои первопричины.

— Почему идея быстрых изменений так притягательна — и чем это обычно заканчивается?

— Потому что человеку хочется облегчения. Хочется, чтобы боль, тревога, усталость или проблема исчезли быстро.

Но быстрые обещания часто опасны. Они создают иллюзию, что можно ничего не менять в себе, а просто получить результат извне.

Похожую мысль — что настоящее восстановление начинается не с внешнего чуда, а с возвращения опоры внутри себя — мы раскрывали в интервью с Анастасией Фёдоровой.

На практике устойчивые изменения требуют участия самого человека: внимания, дисциплины, повторения, готовности делать то, что не всегда приятно. Быстрый импульс возможен, но закрепляет его уже сам человек.

Мы все, конечно, ждём какого-то чуда. Чтобы пришла помощь, чтобы всё решилось, чтобы что-то хорошее само появилось в жизни. Но у сильных людей такие вещи, если и происходят, то чаще как дополнение к их собственным усилиям, а не вместо них.

— Если убрать все методы и инструменты — что на самом деле помогает человеку выйти из тупика?

— Вера, воля, настойчивость, целеустремлённость.

Я бы сказал, на первый план выходит духовность. Но такая, которая не повреждена. Целостность.

Даже если человек находится в сложных условиях, начинает с низкого старта, потерпел поражение или временно отступил, — важна внутренняя целостность.
Многие сильные люди бывали на дне. Но человек находил в себе силы.

Я общался с Джеком Кэнфилдом, одним из героев фильма «Секрет». Он рассказывал, что, чтобы издать свою книгу и проект, обошёл 199 издательств — и везде получил отказ. Но продолжал. И на двухсотом его ждал большой успех. Энергия отказа в 199 издательствах будто воплотилась как компенсация за его веру и усилия.

А бывает так: человек попробовал, попробовал, не получилось — и бросил.

— То есть изменения невозможны, если человек сам не прилагает усилий?

— Да. Если человек сам не прилагает усилий — невозможно.

А если он начинает их прилагать, тогда наступают и чудеса. Происходит что-то необычное, то, чего сам человек даже не ожидал. Приходит удача, успех.

У меня тоже есть такой пример. Я занимался гипнозом и самогипнозом, всё было хорошо. Я очень люблю своё дело. Когда любишь, плохо делать не можешь по умолчанию.

И вдруг каким-то непостижимым образом я придумал новую методику, которая называется «Синхрон». Она поменяла всё в моей жизни. Всё, что я делал, заиграло новыми красками.

Я думал: «Почему я 30 лет об этом не знал и не догадался? Ведь я же был в этой теме».

Видимо, что-то созрело. Наступило озарение, явилась новая методика, своё открытие. Оно очень сильно облегчило деятельность и жизнь — мою, учеников, людей вокруг.

— Насколько быстро приходят изменения после того, как вы проводите гипноз?

— Довольно быстро. Месяц-два — и заметны хорошие результаты. Например, у людей, которые страдали бессонницей или тревожными состояниями. Они начинают крепко спать, хорошо засыпать.

Был случай с женщиной старшего возраста. Она говорила: «У меня бессонница, я много лет страдаю. Я накупила каких-то приборов, ходила к людям, видимо, не очень честным. Они всё обещали, приборы не действуют. Я уже и вам не верю».

Я сказал: «Давайте попробуем один раз. Проведём онлайн-сеанс». Прислал ей ссылку и попросил написать сразу после сеанса, что она почувствует: тепло, покой, невесомость.

Она не позвонила. А люди старшего поколения, если им разрешили звонить, обычно звонят весь вечер.

Утром в девять она звонит и говорит: «Знаете, как села в кресло у компьютера, так и уснула. Вы сказали, что можно сидеть или лежать, мне было удобнее сидеть. Я 12 часов проспала в кресле и только сейчас проснулась».

Я говорю: «Это у вас такая бессонница 30 лет?»

То есть организм может спать. Голова мешает. Собственная голова не даёт.
Её это, конечно, удивило: 12 часов проспать в кресле, учитывая тридцатилетнюю бессонницу. Оказывается, у нас есть такие резервные возможности.

— Что человеку приходится отдать в первую очередь, чтобы реально сдвинуться с места?

— Если говорить о специалисте, он отдаёт своё время и знания.

Если говорить о человеке, который обращается к специалисту, то нужно послушание — в хорошем смысле. Синхронизация, вера, обязательность, ответственность, исполнительность.

Для меня это важно.

Когда люди говорят: «Я не поддаюсь гипнозу, я не научусь самогипнозу, я ходил на сеансы эстрадных гипнотизёров, меня выгоняли со сцены», — я отвечаю: это здесь не работает.

Настойчивость, целеустремлённость, обязательность, исполнительность — вот что даёт результат.

— Как вы отличаете реальный запрос человека от того, что он сам себе придумывает? Сейчас сильное влияние соцсетей, окружения, и часто человек сам не понимает, чего хочет.

— Такого много. Люди часто выдумывают неизвестно что и неизвестно чего хотят. Фантазии полно.

Особенно в сфере психологии, биоэнергетики, эзотерики. Но я общался с людьми разных профессий: с экономистами, юристами, военными, космонавтами. И у всех много верований, предубеждений.

Говорят, например, что космонавты перед полётом смотрят «Белое солнце пустыни» — это традиция. В цирке тоже много поверий: через арену поперёк нельзя переходить, надо обходить манеж по кругу.
Так что люди устроены сложно.

— А вы внутренне чувствуете, что желание настоящее — что оно идёт именно от человека?

— Да, чувствуется.

Особенно когда человек готов работать над собой. Когда ему по-настоящему интересно, всё идёт по-другому — намного лучше и легче.
А когда люди хотят просто купить себе что-то: услугу, здоровье или ещё что-то, — тут уже тяжелее.

— Что бы вы сказали человеку, который сейчас чувствует, что застрял, но ещё не готов себе этого признать?

— Мне проще было бы не говорить, а сделать: дать ему толчок, импульс, посыл, команду.

Я всё-таки практик. Мне лучше дать человеку энергию или поднять его собственную энергию, чем долго объяснять, что и как нужно сделать.

В таком случае нужна энергия. Источник вдохновения, источник сил, поддержка сильного человека. Это важно.

— Вы на практике как будто делитесь своей энергией. Но её же потом нужно восполнять. Как вы это делаете?

— Только природа. Только солнце. Только море. Только звёзды. Только свежий ветер. Только горы.

Подснежниковая поляна, цветение пионов в Крыму, медитация под звёздным небом, красивые панорамные виды — места, где впитываешь мощь и восстанавливаешься.

Никаких других механизмов и инструментов настолько сильных и хороших я не знаю.

Это интервью можно было бы прочитать как разговор о гипнозе. Но в действительности оно получилось о другом — о готовности человека участвовать в собственной жизни.

Геннадий Гончаров говорит о вере, энергии и внутренних состояниях, но постоянно возвращает разговор к усилию: воле, настойчивости, дисциплине, личному участию. Его позиция проста: специалист может помочь, усилить, дать импульс, но не может прожить за человека его решение.

Для De Martino Journal в этом разговоре важен именно этот слой. Не эффект. Не необычность профессии. А вопрос ответственности: где человек ждёт внешнего спасения, а где наконец начинает действовать сам.

Главный редактор — Анастасия Новикова
Интервью провела — Даня Кузнецова