De Martino Journal
О человеке в настоящем времени
Интервью с Ириной Николаевной Жуковской
«За сильную Россию — инженерно-технический прогресс»: как в Москве открывали площадку «УПК — Общественная мастерская» при ЦС ДОСААФ
о Человеке труда, государственной кадровой политике и ответственности перед страной
14 января 2026 года, 15:00. Москва, Волоколамское шоссе, 88, стр. 4.
В этот день на площадке при Центральном Совете ДОСААФ России собрались те, кто привык не обсуждать «будущее инженерии», а буквально привозить его в коробках и ставить на стол. Формат встречи был живой, местами почти домашний, с экскурсиями по пространству, вручением подарков, разговорами о партнёрстве и планами, которые выглядят смело именно потому, что уже опираются на реальную работу.
В этот день на площадке при Центральном Совете ДОСААФ России собрались те, кто привык не обсуждать «будущее инженерии», а буквально привозить его в коробках и ставить на стол. Формат встречи был живой, местами почти домашний, с экскурсиями по пространству, вручением подарков, разговорами о партнёрстве и планами, которые выглядят смело именно потому, что уже опираются на реальную работу.
Речь шла об инициативном проекте «За сильную Россию — инженерно-технический прогресс» и его практической опоре — «УПК — Общественная мастерская»: месте, где дети и подростки не «смотрят презентации», а пробуют руками; где семья включается в процесс; где наставничество — не слово, а конкретный человек рядом.
С чего всё началось в этот день: пространство, которое «привели в порядок»
Встреча стартовала с короткого вступления и экскурсионного настроения: участникам показали, чем живёт площадка сейчас и во что она трансформируется дальше.
Звучало просто и по делу: помещение было пустым, его привели в порядок, сделали ремонт, приехали четыре «груза» из Иркутска, а теперь пространство уже похоже на рабочий центр: есть зона под конференции, и она будет «трансформирована» — в том числе под демонстрацию дронов и моделей беспилотных систем.
Встреча стартовала с короткого вступления и экскурсионного настроения: участникам показали, чем живёт площадка сейчас и во что она трансформируется дальше.
Звучало просто и по делу: помещение было пустым, его привели в порядок, сделали ремонт, приехали четыре «груза» из Иркутска, а теперь пространство уже похоже на рабочий центр: есть зона под конференции, и она будет «трансформирована» — в том числе под демонстрацию дронов и моделей беспилотных систем.
Важный штрих: инициативная команда подчеркивала, что они приехали не «просить», а масштабировать — с уже наработанной логикой занятий для возраста 8–14 и 14–18, и с понятным мостиком «в взрослую жизнь».
Параллельно в повестке дня объявили продолжение акции «Древо Добра» — как поддержку развития площадки, поездок, аукционов и всей инфраструктуры вокруг проекта.
Параллельно в повестке дня объявили продолжение акции «Древо Добра» — как поддержку развития площадки, поездок, аукционов и всей инфраструктуры вокруг проекта.
Большой контекст: от мастерской к маршруту «Иркутск — Москва — Новороссия — Беларусь»
В этот же день прозвучали планы, которые расширяют событие далеко за пределы одной площадки.
Команда проговорила маршрут: Иркутск — Москва — Новороссия, а затем — встреча с белорусской стороной (Минск и Брест). Отдельно упоминали, что представитель ДОСААФ из Минска обещал быть в Москве 17 января.
Появился и «эстафетный» смысл: к 15 апреля прозвучала задача получить на этой площадке эстафету проведения проекта «Юный инженер Новороссии» (с 15 апреля по 1 июня), чтобы затем Москва транслировала “Юного инженера России” и подключала регионы, которые готовы «брать опыт и применять у себя».
Ключевая формулировка звучала очень по-сибирски: «Приходите, берите опыт и у себя применяйте» — без лишней бюрократической романтики.
В этот же день прозвучали планы, которые расширяют событие далеко за пределы одной площадки.
Команда проговорила маршрут: Иркутск — Москва — Новороссия, а затем — встреча с белорусской стороной (Минск и Брест). Отдельно упоминали, что представитель ДОСААФ из Минска обещал быть в Москве 17 января.
Появился и «эстафетный» смысл: к 15 апреля прозвучала задача получить на этой площадке эстафету проведения проекта «Юный инженер Новороссии» (с 15 апреля по 1 июня), чтобы затем Москва транслировала “Юного инженера России” и подключала регионы, которые готовы «брать опыт и применять у себя».
Ключевая формулировка звучала очень по-сибирски: «Приходите, берите опыт и у себя применяйте» — без лишней бюрократической романтики.
Отдельная линия дня: искусство как ресурс проекта и аукцион «на уровне Церетели»
Этот блок в живом мероприятии выглядел неожиданно — и именно поэтому запомнился.
Команда рассказывала, что обсуждали письмо «на таком уровне», который может дать согласование на совместный аукцион с командой Церетели. Были упомянуты встречи с Василием Церетели и Татьяной Гражданской. Логика простая: проекту нужен ресурс на развитие, и один из путей — аукционная история, где искусство становится вкладом в инженерное будущее.
И здесь на сцену (в прямом смысле) вышел художник и соратник проекта — Заби Пайкан – по национальности наполовину индус, наполовину афганец, но живущий в России 30 лет с российской семьёй (жена и две дочки).
Этот блок в живом мероприятии выглядел неожиданно — и именно поэтому запомнился.
Команда рассказывала, что обсуждали письмо «на таком уровне», который может дать согласование на совместный аукцион с командой Церетели. Были упомянуты встречи с Василием Церетели и Татьяной Гражданской. Логика простая: проекту нужен ресурс на развитие, и один из путей — аукционная история, где искусство становится вкладом в инженерное будущее.
И здесь на сцену (в прямом смысле) вышел художник и соратник проекта — Заби Пайкан – по национальности наполовину индус, наполовину афганец, но живущий в России 30 лет с российской семьёй (жена и две дочки).
О том, почему наука «пронизала всё» и как это связано даже с мошенниками
Александр Римов представился прямо: из микроэлектроники, занимается популяризацией науки и технологиями, а ещё — тем, что называет непростым делом: сводить науку с бизнесом. Для него это ключевая задача момента, потому что без технологий и науки страна не может быть конкурентоспособной, особенно в теме искусственного интеллекта, который упирается в микроэлектронную базу.
Дальше он сделал неожиданный поворот: сказал, что сегодня наука — не «рядом», не «в отдельной полке», а пронизала всё. И именно поэтому, по его словам, науки не хватает во власти — не как красивого слова, а как способа принимать решения научным методом, логикой и скептицизмом.
И тут он привёл пример, который «схлопнул» зал в точку: телефонное мошенничество. Казалось бы — где наука, а где мошенники? Но Александр объяснил: научное мировоззрение строится на логике и скептицизме, а мошенники играют на эмоциях и страхе. Если человек умеет осознавать эмоцию и проверять её «на фильтре», то он куда меньше подвержен манипуляции.
Потом он ответил на вопрос о том, каких навыков не хватает молодёжи в технической сфере: всё начинается с понятийного аппарата и понимания философии науки — «что, зачем и для чего». Он говорил о том, что студенты часто перегружены «занятостью ради занятости», выгорают, и у них не остаётся времени на науку, хотя именно наука должна стать приоритетом, если страна хочет технологического суверенитета.
Отдельно он говорил о школе: многое зависит от того, увлёк ли учитель, развил ли сильную сторону ученика. Учителям, по его мнению, нужно платить достойно — но и ответственность должна быть высокой: если не справляется, значит не профпригоден. И самое главное — в школе «нет науки» как системы, хотя школьники могли бы заниматься исследованиями и даже патентами.
Александр Римов представился прямо: из микроэлектроники, занимается популяризацией науки и технологиями, а ещё — тем, что называет непростым делом: сводить науку с бизнесом. Для него это ключевая задача момента, потому что без технологий и науки страна не может быть конкурентоспособной, особенно в теме искусственного интеллекта, который упирается в микроэлектронную базу.
Дальше он сделал неожиданный поворот: сказал, что сегодня наука — не «рядом», не «в отдельной полке», а пронизала всё. И именно поэтому, по его словам, науки не хватает во власти — не как красивого слова, а как способа принимать решения научным методом, логикой и скептицизмом.
И тут он привёл пример, который «схлопнул» зал в точку: телефонное мошенничество. Казалось бы — где наука, а где мошенники? Но Александр объяснил: научное мировоззрение строится на логике и скептицизме, а мошенники играют на эмоциях и страхе. Если человек умеет осознавать эмоцию и проверять её «на фильтре», то он куда меньше подвержен манипуляции.
Потом он ответил на вопрос о том, каких навыков не хватает молодёжи в технической сфере: всё начинается с понятийного аппарата и понимания философии науки — «что, зачем и для чего». Он говорил о том, что студенты часто перегружены «занятостью ради занятости», выгорают, и у них не остаётся времени на науку, хотя именно наука должна стать приоритетом, если страна хочет технологического суверенитета.
Отдельно он говорил о школе: многое зависит от того, увлёк ли учитель, развил ли сильную сторону ученика. Учителям, по его мнению, нужно платить достойно — но и ответственность должна быть высокой: если не справляется, значит не профпригоден. И самое главное — в школе «нет науки» как системы, хотя школьники могли бы заниматься исследованиями и даже патентами.
Как родилась идея УПК, почему «забуксовали» и зачем проекту ДОСААФ
В записи Александр Александрович рассказывает историю проекта как путь длиной в десять лет. Он называет отправной точкой 2015 год — возвращение из поездки в Крым с делегацией детей (41 человек). Дальше он кратко обозначает свой личный фундамент: управляющий фондом с 2007 года, бывший военный инженер, опыт работы с ветеранами, детьми, социальным населением, и важная личная деталь: он сам воспитанник интерната — и поэтому, по его словам, очень хорошо понимает, где помощь «в картинке», а где реальная, внутренняя.
Он говорит, что долго шли к идее молодёжного центра, пытались, «буксовали», не получали должного внимания, не смогли убедительно доказать необходимость. В 2019 году появилась идея «авиамодельный кружок — в каждую школу», губернатор поддержал, но стало ясно: «узковато», чего-то не хватает. Тогда выросли в следующую ступень — «площадка инженера будущего», а затем — уже в 2022 году — в более широкий формат с опорой на реальных инженеров-разработчиков, живые направления работы и созданный детский авиационный центр.
Отдельный блок — про методику: Александр Александрович говорит, что представил методическую разработку, по которой можно шесть лет работать с детьми и молодёжью. Разработчик — Игнат Константинович Астафьев, директор детского авиационного центра.
Почему ДОСААФ? Тут звучит ключевая связка: в своё время ДОСААФ был большим общественным пространством, где воспитывались патриоты и давались военно-учётные специальности. И формат «общественной мастерской» оказался удобен именно «при ДОСААФ»: пришла семья — ребёнок попробовал руками — подросток увидел траекторию — дальше уже можно говорить про членство и специальность.
Он прямо говорит: помещение дали в аренду, ремонт сделали сами. Дальше — нужна помощь бизнеса, чтобы доработать инфраструктуру. И важный социальный нерв: если люди вкладываются, делают ремонт, работают, а их можно «выгнать» за аренду — это не про созидание и может быть опасной “спичкой” для общества.
А потом — эмоциональный финал про позицию: гражданин России не жалуется, а делает, что может. И патриотизм — не показной, а делами.
В записи Александр Александрович рассказывает историю проекта как путь длиной в десять лет. Он называет отправной точкой 2015 год — возвращение из поездки в Крым с делегацией детей (41 человек). Дальше он кратко обозначает свой личный фундамент: управляющий фондом с 2007 года, бывший военный инженер, опыт работы с ветеранами, детьми, социальным населением, и важная личная деталь: он сам воспитанник интерната — и поэтому, по его словам, очень хорошо понимает, где помощь «в картинке», а где реальная, внутренняя.
Он говорит, что долго шли к идее молодёжного центра, пытались, «буксовали», не получали должного внимания, не смогли убедительно доказать необходимость. В 2019 году появилась идея «авиамодельный кружок — в каждую школу», губернатор поддержал, но стало ясно: «узковато», чего-то не хватает. Тогда выросли в следующую ступень — «площадка инженера будущего», а затем — уже в 2022 году — в более широкий формат с опорой на реальных инженеров-разработчиков, живые направления работы и созданный детский авиационный центр.
Отдельный блок — про методику: Александр Александрович говорит, что представил методическую разработку, по которой можно шесть лет работать с детьми и молодёжью. Разработчик — Игнат Константинович Астафьев, директор детского авиационного центра.
Почему ДОСААФ? Тут звучит ключевая связка: в своё время ДОСААФ был большим общественным пространством, где воспитывались патриоты и давались военно-учётные специальности. И формат «общественной мастерской» оказался удобен именно «при ДОСААФ»: пришла семья — ребёнок попробовал руками — подросток увидел траекторию — дальше уже можно говорить про членство и специальность.
Он прямо говорит: помещение дали в аренду, ремонт сделали сами. Дальше — нужна помощь бизнеса, чтобы доработать инфраструктуру. И важный социальный нерв: если люди вкладываются, делают ремонт, работают, а их можно «выгнать» за аренду — это не про созидание и может быть опасной “спичкой” для общества.
А потом — эмоциональный финал про позицию: гражданин России не жалуется, а делает, что может. И патриотизм — не показной, а делами.
«Не на баррикадах надо стоять — сделай дело, покажи себя. Вот это патриотизм».
«Не на баррикадах надо стоять — сделай дело, покажи себя. Вот это патриотизм».
Заби Пайкан — художник, который передал работу для аукционной коллекции, и почему «бархат не про ошибку»
Этот фрагмент был тёплым и очень человеческим.
Заби представился: родился в Афганистане, папа — индус, в Москве живёт около 30 лет, занимается живописью, выставлялся в Европе, Москве и других городах России. Он говорил о творчестве как процессе, который «развивает на мировой уровень» — и в то же время в этот день он подчёркивал: пока — Россия, здесь его фокус и энергия.
Он передал картину как часть будущей аукционной коллекции. Отдельно — почти мастер-классом — объяснил технику: масло по бархату, без карандаша, сразу кистью. Бархат «ошибку не любит», краска впитывается, работа живёт долго и даёт эффект объёма, почти “как 3D”. Ещё один практичный штрих: когда покрывают лаком обычные картины, иногда появляется блик, который мешает смотреть. А здесь смотреть можно спокойно — с разных ракурсов.
Он пообещал подписать работу и даже оставить телефон: «можно звонить в любое время».
Этот фрагмент был тёплым и очень человеческим.
Заби представился: родился в Афганистане, папа — индус, в Москве живёт около 30 лет, занимается живописью, выставлялся в Европе, Москве и других городах России. Он говорил о творчестве как процессе, который «развивает на мировой уровень» — и в то же время в этот день он подчёркивал: пока — Россия, здесь его фокус и энергия.
Он передал картину как часть будущей аукционной коллекции. Отдельно — почти мастер-классом — объяснил технику: масло по бархату, без карандаша, сразу кистью. Бархат «ошибку не любит», краска впитывается, работа живёт долго и даёт эффект объёма, почти “как 3D”. Ещё один практичный штрих: когда покрывают лаком обычные картины, иногда появляется блик, который мешает смотреть. А здесь смотреть можно спокойно — с разных ракурсов.
Он пообещал подписать работу и даже оставить телефон: «можно звонить в любое время».
«Это масло по бархату: сразу кисточкой — бархат ошибку не любит».
«Это масло по бархату: сразу кисточкой — бархат ошибку не любит».
Павел Краузе (общественный деятель, автор-исполнитель) — 200 концертов за год и разговор с подростками «не травмируя психику»
В записи Павел рассказывает о себе без лишних украшений: общественный деятель, автор-исполнитель, много поёт. За последний год — более 200 концертов: на передовой в Донбассе и в школах/учебных заведениях.
Он объясняет, что его внутренняя миссия — формировать у подростков (10–17 лет) ценностный код: где школа думает, что «воспитают дома», а дома думают, что «воспитают в школе», и в итоге подросток остаётся без базы. Он говорит о вере, любви, патриотизме, дружбе — и делает это через песни и истории, собранные в поездках по России, включая Донбасс. И подчёркивает важную вещь: о Донбассе он рассказывает так, чтобы дети понимали, но не травмировали психику.
В конце он присоединяется к движению, которое делает Александр Александрович, и говорит простую мотивацию: «мы свои ошибки наделали», и теперь нужно помочь детям вырасти будущими лидерами, чтобы «мозг рос в нужную сторону».
В записи Павел рассказывает о себе без лишних украшений: общественный деятель, автор-исполнитель, много поёт. За последний год — более 200 концертов: на передовой в Донбассе и в школах/учебных заведениях.
Он объясняет, что его внутренняя миссия — формировать у подростков (10–17 лет) ценностный код: где школа думает, что «воспитают дома», а дома думают, что «воспитают в школе», и в итоге подросток остаётся без базы. Он говорит о вере, любви, патриотизме, дружбе — и делает это через песни и истории, собранные в поездках по России, включая Донбасс. И подчёркивает важную вещь: о Донбассе он рассказывает так, чтобы дети понимали, но не травмировали психику.
В конце он присоединяется к движению, которое делает Александр Александрович, и говорит простую мотивацию: «мы свои ошибки наделали», и теперь нужно помочь детям вырасти будущими лидерами, чтобы «мозг рос в нужную сторону».
Ирина Николаевна Жуковская — про «почему на вас должно обратить внимание государство», бартер интересов и «Человека труда»
В записи Ирина Николаевна говорит прямо и местами жёстко — ровно так, как звучит реальная управленческая речь без театра.
Она проговаривает механику: чтобы письмо или инициатива дошла до серьёзного рассмотрения (Администрация Президента, Совет Федерации, Госдума), часто важна поддержка «серьёзных людей», дополнительные письма, связки и доказательства необходимости. И задаёт тот самый вопрос, который чаще всего звучит за закрытой дверью:
если вы делаете проект — почему государство должно обратить внимание именно на вас? «Хорошо поют миллионы», «молодцы сотни», — значит нужно «нечто», что соединяет людей, институции, интересы.
Глубже её подход к этой работе раскрыт в интервью «Миссия в действии».
Она объясняет работу федерального проекта «Выбирай своё» Всероссийской политической партии «Единая Россия», поддержку масштабирования проектов по регионам, возможность выносить инициативы на обсуждение. При этом она не скрывает политической реальности: у партии есть свой интерес, у бизнеса — свой, и это часто выглядит как бартер.
Эта логика подробно звучала и в материале о кадровой повестке проекта «Выбирай своё».
Отдельный пласт — внутренняя проблема адаптации участников СВО: по её словам, общество не всегда понимает людей, которые возвращаются «оттуда», языки разные, понимание мира разное. И это становится задачей: не просто трудоустройства, а комплексная программа, где нужен “пинок”, политическая воля, и объединение фондов и организаций.
И дальше — большая тема «Человека труда»: уважение к труду, трудовой патриотизм, награды, наставники, премии, региональные этапы и федеральный финал. Она описывает, как проходила Национальная премия “Человек труда”, как люди плакали на сцене, как партнёры делали подарки и статуэтки, как всё это будет продолжаться ежегодно — и приглашает в попечительский совет следующего сезона.
В конце она проговаривает управленческий принцип, который постоянно повторяет Александру Александровичу и Павлу Ивановичу: когда вы приходите к власти, вам зададут три вопроса: чем вы лучше других, зачем вы нужны, и что вам нужно.
В записи Ирина Николаевна говорит прямо и местами жёстко — ровно так, как звучит реальная управленческая речь без театра.
Она проговаривает механику: чтобы письмо или инициатива дошла до серьёзного рассмотрения (Администрация Президента, Совет Федерации, Госдума), часто важна поддержка «серьёзных людей», дополнительные письма, связки и доказательства необходимости. И задаёт тот самый вопрос, который чаще всего звучит за закрытой дверью:
если вы делаете проект — почему государство должно обратить внимание именно на вас? «Хорошо поют миллионы», «молодцы сотни», — значит нужно «нечто», что соединяет людей, институции, интересы.
Глубже её подход к этой работе раскрыт в интервью «Миссия в действии».
Она объясняет работу федерального проекта «Выбирай своё» Всероссийской политической партии «Единая Россия», поддержку масштабирования проектов по регионам, возможность выносить инициативы на обсуждение. При этом она не скрывает политической реальности: у партии есть свой интерес, у бизнеса — свой, и это часто выглядит как бартер.
Эта логика подробно звучала и в материале о кадровой повестке проекта «Выбирай своё».
Отдельный пласт — внутренняя проблема адаптации участников СВО: по её словам, общество не всегда понимает людей, которые возвращаются «оттуда», языки разные, понимание мира разное. И это становится задачей: не просто трудоустройства, а комплексная программа, где нужен “пинок”, политическая воля, и объединение фондов и организаций.
И дальше — большая тема «Человека труда»: уважение к труду, трудовой патриотизм, награды, наставники, премии, региональные этапы и федеральный финал. Она описывает, как проходила Национальная премия “Человек труда”, как люди плакали на сцене, как партнёры делали подарки и статуэтки, как всё это будет продолжаться ежегодно — и приглашает в попечительский совет следующего сезона.
В конце она проговаривает управленческий принцип, который постоянно повторяет Александру Александровичу и Павлу Ивановичу: когда вы приходите к власти, вам зададут три вопроса: чем вы лучше других, зачем вы нужны, и что вам нужно.
«Страну меняют люди!».
«Страну меняют люди!».
Что ещё прозвучало в этот день: «не просим — делимся и масштабируем»
Через разные голоса весь день прошивала одна позиция: проект не строится на жалобе. Он строится на том, что команда уже сделала базу, уже собрала методики, уже привезла модели, уже наладила секции, уже разговаривает с партнёрами — и теперь предлагает: берите опыт, повторяйте, усиливайте.
В этой логике «УПК — Общественная мастерская» — это не просто помещение, а способ сделать так, чтобы ребёнок смог «покрутить» руками, чтобы семья была включена, чтобы наставник был рядом, а страна получила то самое, о чём на таких встречах говорят без пафоса: кадровый и инженерный потенциал.
Через разные голоса весь день прошивала одна позиция: проект не строится на жалобе. Он строится на том, что команда уже сделала базу, уже собрала методики, уже привезла модели, уже наладила секции, уже разговаривает с партнёрами — и теперь предлагает: берите опыт, повторяйте, усиливайте.
В этой логике «УПК — Общественная мастерская» — это не просто помещение, а способ сделать так, чтобы ребёнок смог «покрутить» руками, чтобы семья была включена, чтобы наставник был рядом, а страна получила то самое, о чём на таких встречах говорят без пафоса: кадровый и инженерный потенциал.
Корреспондент Кузнецова Дания.
Читайте также