«Моя жизнь только набирает обороты».

Есть возраст, в котором от женщины перестают чего-то ждать — и именно в этот момент она впервые начинает ждать от себя сама.
Этери 53 года. Она говорит о менопаузе спокойно, без драматизации и без попытки её приукрасить. Для неё это не диагноз и не кризис, а точка сборки: тела, мышления, свободы и нового масштаба жизни.

Это разговор о здоровье не как о наборе анализов, а как о способе жить — телом, психикой и выбором.

Выгорание как предел и точка разворота

— Был ли момент, когда вы поняли, что классическая медицина и ремесло могут дополнять друг друга?

— Профессия врача очень эмоционально сложная. Выгорание — частая история, и в моей жизни этот период тоже был. Около шести лет назад я поняла, что выгорела настолько, потому что всегда очень много отдаю пациентам, что хотела радикально уйти из профессии и найти другое дело.
Я уже тогда знала, чем могла бы заниматься, потому что всю жизнь люблю цветы. Они всегда были вокруг меня — живые, на даче, в интерьере, даже искусственные. На этом пике супруг предложил не принимать резких решений, а просто уехать на пару недель и спокойно подумать.

«Я выгорела настолько, что хотела радикально уйти из профессии».

— Менопауза часто звучит как диагноз. Что в этом периоде оказалось для Вас не потерей, а приобретением?

— Менопауза — это всего лишь период окончания репродуктивной функции. Она не создана для того, чтобы отнимать у женщины здоровье, красоту или качество жизни.

На самом деле этот этап просто очень быстро показывает, как ты относилась к себе и своему телу раньше. Это своего рода честный итог предыдущих лет.

Лично для меня этот период стал временем приобретений. Я стала более внутренне свободной, избавилась от многих страхов, начала лучше выглядеть — и это легко заметить, если сравнить мои фотографии в 35–45 лет и сейчас. Более того, я стала чувствовать себя здоровее.

Если говорить о сложностях, то можно отметить ухудшение когнитивных функций, прежде всего памяти. Но я не считаю это исключительно возрастной проблемой. Сегодня с этим сталкиваются люди всех возрастов — это скорее отражение общей перегрузки современного мира.

— Вы подчёркиваете, что у Вас нет выраженных тяжёлых симптомов. Что именно Вы сделали заранее — и почему, на Ваш взгляд, большинство женщин этого не делают?

— Есть пять базовых аспектов, которые напрямую влияют на качество жизни в этом периоде: сон, уровень стресса, питание, адекватная физическая нагрузка и отсутствие дефицитов.

Я держу под контролем все эти пункты. Без фанатизма, но с полной ответственностью. Именно это позволяет мне чувствовать себя хорошо и не сталкиваться с теми тяжёлыми проявлениями климакса, которые так изматывают многих женщин.

Проблема в том, что большинство просто не знают, что этим периодом можно управлять. Женщинам кажется, что климакс — это что-то неизбежное и неконтролируемое.

Моя задача — вместе с коллегами — дать знания, понимание и инструменты, которые можно легко взять и применить в реальной жизни. Чтобы женщины не страдали, а жили и радовались.

Страх как точка роста

— Несколько лет назад Вы сели за руль, несмотря на панический страх. Что было страшнее — дорога или изменение образа себя?

— У меня всегда был панический страх скорости. Я не каталась даже на детских аттракционах. Управление автомобилем казалось мне чем-то принципиально недоступным.

Но в какой-то момент в голове что-то щёлкнуло. Я прошла всего четыре занятия с инструктором — и выехала одна на московские дороги. Так начался мой путь водителя.

Сегодня, сидя за рулём, я чувствую себя по-настоящему счастливой. Мне легко поехать одной на 2000 километров. Для меня это один из самых эффективных способов борьбы со стрессом.

— Затем в Вашей жизни появился фридайвинг. Почему снова туда, где страшно?

— Глубина — ещё один мой страх. Я родилась в городе у моря, хорошо плаваю, но всегда держалась ближе к берегу.

Фридайвинг стал следующим этапом преодоления себя. Сейчас, находясь на глубине, я испытываю ощущение невероятной свободы — телесной и внутренней.

— Что страх дал Вам — такого, чего не дают анализы и опыт?

— Страх — это ограничивающий фактор. Он сковывает и не даёт развиваться ни физически, ни психологически.

Каждый раз, избавляясь от очередного страха, я обретала свободу и уверенность. И этого не могут дать ни хорошие анализы, ни багаж знаний.

Осознанность или тревожность: что произошло со сладким

— Как за это время изменилось отношение людей к своему здоровью?

— Отношение к сладкому не сильно изменилось, но ковид сыграл огромную роль. Люди оказались дома, в стрессе, и рука тянулась к быстрому источнику удовольствия — сладостям. После ковида был огромный приток пациентов с множественным кариесом. Люди сами говорили, что не могут себя контролировать.

«В стрессе рука тянется к сладкому».

— Где граница между заботой и тревогой за тело?

— Во всём важна мера. Забота должна быть и о теле, и о психике. Если с психологическим состоянием всё в порядке, фанатизма не возникает.

Я за адекватность во всём. Это тоже форма любви и уважения к себе. Слишком хорошо — тоже плохо. Любой профицит может быть разрушительным, как и дефицит.
В этом помогают и простые практики работы с эмоциями.

— С чего начинать, если женщина запуталась в информации?

— С образа будущего. Нужно представить, какой ты хочешь быть через годы. Понять, чего тебе для этого не хватает, и найти специалиста, которому ты доверяешь.

И, конечно, прикладывать усилия. Они не такие сложные, как кажется.

Женская зрелость

— Что в зрелом возрасте становится по-настоящему ценным?

— Внутренняя свобода. Это не эгоизм и не неуважение к обществу. Это уверенность и самоуважение — вещи, которые часто путают.

— Есть ли что-то, что Вы теперь никогда не будете делать со своим телом?

— Я никогда не буду сидеть на диетах. Правильное питание не имеет ничего общего с ограничениями.

И я никогда не буду есть или пить то, что мне не вкусно — даже если это полезно. Я всегда найду альтернативу.

— Есть ли мечты, которые пока и притягивают, и пугают?

— Планов много: дайвинг, прыжок с парашютом, управление катером и яхтой, тарзанка, плавание с дельфинами и акулами, работа с арахнофобией, выступления на телевидении.

И да — всё это и пугает, и притягивает. И это только планы на этот год.

— Что бы Вы сказали женщине 45–55 лет, которая боится этого этапа жизни?

— Я бы рассказала ей о возможностях. О том, что именно сейчас она может сделать то, о чём раньше только мечтала.

Это время сместить фокус на себя. Дать себе ту заботу и любовь, которую раньше ты отдавала другим.
Это золотое время зрелости.
В этом смысле уход тоже становится формой внимания к себе.

С благодарностью за этот разговор,
Анастасия Новикова, главный редактор De Martino Journal